Движение

сайт про общественные движения

  1. Я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться палки и камни.
    Альберт Эйнштейн

Событийный ряд



12/11 2008

Антифашистское просвещение: здесь и сейчас


метки:


Ежегодно 9-16 ноября проходит Неделя просветительских действий «Хрустальная ночь – никогда снова!» (Международная неделя просветительских действий против ксенофобии, неонацизма и антисемитизма). Ее организаторами являются Международная молодежная сеть против расизма и нетерпимости (YNRI), международное Молодежное Правозащитное Движение (МПД) совместно с Европейской сетью UNITED for intercultural action при поддержке Международной сети «Молодая Европа», гуманитарного проекта «Эпиграф» и проекта «Волонтеры Прав Человека».
На вопросы о ходе этой общественной кампании отвечает один из ее координаторов – Ирина Аксенова.

Расскажи о целях и замысле этой кампании в самых общих чертах…

Кампанию «Хрустальная ночь – Никогда Снова!» мы делаем уже пятый год подряд. Изначально существовала (и существует сейчас) общеевропейская кампания сети UNITED, приуроченная к 9 ноября. Мы взялись ее развивать в русскоязычном пространстве.

В основе идеи лежат ряд очень простых вещей: мы (команда акции и ее участники) знаем к чему приводят нетерпимость, политика «поиска виноватого» и культ милитаризма (Холокост лишь один из примеров). И мы не хотим, чтобы история повторилась. Это, если вкратце, то, что лежит в основе. Участники в разных странах и городах (сейчас у нас есть заявки из регионов) могут делать самые самые разные акции: от закрашивания свастик и раздачи листовок до «круглых столов» или кинофестивалей. Даже те, кто по каким-то причинам (географическая удаленность, профессиональная занятость и др.) не готов участвовать в реальных действиях, может принести пользу через коммуникации онлайн: мы считаем одним из приоритетов пополнение Антифашистского архива ненасильственных действий – www.antifa.hrworld.ru .

Давай тогда по порядку: кто это “мы”? что это за люди и организации? почему их мотивации хватает на то, чтобы быть не только встревоженными этой проблемой, но и совершать простые сопротивленческие действия?

Мы – это неформальные активистские группы и гражданские организации, входящие в сеть Молодежного Правозащитного Движения (люди из Воронежа, Ростова-на-Дону, Краснодара, Москвы…) . В сети есть активисты, которые уже больше десяти лет делают акции, проекты, кампании по противодействию расизму, дискриминации, тоталитаризму и милитаризму. И есть те, кто только-только включается в эту работу.

В Неделе просветительских действий 2008-го года участвует двадцать одна группа из семи стран: России, Украины, Беларуси, Польши, Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана. Темой этого года договорились сделать «Молодежное сопротивление». Хотим рассказать и сами узнать побольше о легендарной «Белой Розе» , «Пиратах Эйдельвейса» и других самых обычных молодых людях, которые в свое время осмелились восстать против тоталитарной системы. Для нас важно, что они предпринимали очень простые вещи: распространяли листовки, прятали евреев и дезертиров – в общем, делали то, что могли бы в той или иной мере делать все… Но в действительности же это делали всего несколько десятков. В 2007 году мы посвятили неделю теме мигрантов и беженцев, а в 2006 — было про легитимизацию нео-нацизма (тогда как раз прошел первый «Русский марш») и т.п.

Для меня именно акция 2004 года стала точкой входа в антифашистскую активность. Я к тому времени уже была в МПД. Моя коллега – Настя Никитина – предложила ей помочь организовать выставку плакатов, кинофестиваль, уличную акцию в Воронеже. С тех пор стали работать вместе. После общего опыта хотелось узнать, что делали люди в других городах, познакомится с ними. Позже прикольно было встречатся с ними вживую – на каких-то семинарах, акциях, встречах. Сейчас я многих значительно лучше представляю, чем раньше, по переписке в сети.

Можешь как-то детальнее этих людей описать, чтобы их можно было представить? Почему именно эти люди сочли, что ксенофобия и дискриминация – это поле их личной заботы и ответственности?

Да ничего особенного в этих людях нет. Самые обычные студенты, преподаватели, исследователи, люди творческих профессий и т.д. В какой-то момент – у каждого свой – они решили, что пора не только «испытывать тревогу», глядя выпуски новостей или попадая в разные ситуации по жизни – надо что-то делать. Потому что «нам здесь жить», как бы пафосно это не звучало.

У кого-то в очередной раз напали на друга с «нерусской внешностью», кто-то изучал право и решил заняться правами человека, кто-то посмотрел «Список Шиндлера» и обнаружил параллели с сегодняшним днем… По-разному у всех. Кого-то подтолкнули реальные личные переживания или беспокойство за близких, на кого-то сильное впечатление оказали исторические книги, документальные фильмы, антифашистская субкультура. Нельзя сказать, что есть какая-то особенность или «ненормальность»… Есть общие ценности (права человека, ненасилие), понимание, что на сверхсложные проблемы (такие как глобализация, миграционные процессы и другие) невозможно дать простые ответы, их просто нет. Показательно, что чаще всего подобные группы Сопротивления появляются в наиболее проблемных регионах – там, где агрессия, ксенофобия, межэтнические конфликты «выплеснулись наружу». К примеру, группа из Кондопоги к нам присоединилась после скандально известных событий.

А каким образом на Вас люди выходят? Через интернет? Что-то слышали об акциях? Или сами разыскиваете уже сложившиеся антифашистские группы, контактируете, договариваетесь о совместных действиях?

В этом году мы делали специальную рассылку по общеевропейской базе данных еврейских организаций, так как, по идее, их тема Холокоста и антисемитизма должна волновать в первую очередь. Самое интересное, пока не получили ни одного отклика. У нас есть в партнерах фонд «Холокост». Сотрудничаем с ним уже несколько лет. А так – чаще всего единомышленники подтягиваются через рассылку по той базе данных, что пополняется много лет и через связи партнерских организаций. Иногда, как в случае с той же группой из Кондопоги, встречи бывают совершенно неожиданные: нам написала учительница из средней школы и несколько ее учеников, хотели присоединиться к нашим кампаниям… Вживую еще с ними не виделись. Только по электронке общаемся.

В антифашистской среде много дискуссий по поводу методов противостояния праворадикальному национализму и ксенофобии… Просветительские проекты, как стратегия сопротивления, далеко не у всех вызывают понимание и энтузиазм. Довольно распространено мнение, что степень чрезвычайности угрозы выдвигает на первый план действия более решительного характера… Что думаешь?

Это один из самых сложных моментов – вопрос выбора между насилием и ненасилием. Сейчас в России такой момент, когда идет самая настоящая уличная война, в которой уже есть жертвы и «градус насилия» постоянно растет. Это самый острый, болевой момент для всех, кто включен в антифашистскую деятельность (активистов, экспертов и др.).

Последний год мы очень много говорим об этом между собой, с нашими друзьями и партнерами. С одной стороны, прямое действие дает быстрый и видный результат, тогда как эффект тех же открытых школьных уроков вовсе не так очевиден… Однако для нас принципиален стратегический вопрос: решает ли, к примеру, целенаправленный уличный прессинг со стороны антифа саму проблему? Или он аукается в форме бесконечного соревнования «кто круче», самоотверженнее, «у кого кулаки больше»? Как, сопротивляясь уличному террору молодежных неонацистских групп (бонхедов), избежать участи заложников их методов действия, не превратиться в их зеркальную противоположность?

Нет тут универсальных ответов. Пусть каждый решает сам. Мы, как МПД, стоим на позициях ненасилия. Точка. Не только потому что «насилие порождает насилие», но и из этического, мировоззренческого нежелания действовать теми же методами. Ничья потерянная жизнь не может быть знаком торжества идеи. Никого нельзя избивать за убеждения. Даже если они, мягко говоря, отнюдь не гуманистические и цивилизованные. Ставка на физическое противодействие сильно маргинализирует и дискредитирует антифашистские ценности в общественном мнении. К тому же есть опасность криминализации среды самих антифашистов, при которой насилие станет самоцелью и выдвинет на первый план лидеров, наиболее преуспевающих в этом.

Вопрос самообороны – другой момент. Тут тоже каждый для себя сам должен определять границу допустимого. В конце концов, в здоровой стране легитимными являются только силовые действия правоохранительных органов. И то, с тысячью оговорок в законах. Чтобы и у них крышу не сносило. В случае преступления на почве ненависти следствие обязано найти преступников, суд – вынести приговор, пенитенциарная система – обеспечить исполнение наказания. Наша же задача в таких случаях – обеспечивать законность и прозрачность судебного процесса, соблюдение прав человека.

Про ненасилие – позиция ясна. Поясни тогда и другое: главный адресат кампании – школьники и студенты. Потому что эта среда в группе риска? Потому что именно на нее в первую очередь работает пропаганда праворадикалов?

Конечно. Кроме того, большинство нападений совершается именно молодыми людьми. Ну и тот еще момент, что их позиции еще только формируются. Они по-разному, с разных точек зрения могут смотреть на вещи. Мы хотим, чтобы у ребят была возможность более панорамной, исторической точки обзора, чтобы они могли взглядуть на отношения с окружающими через гуманистическую, антифашистскую «оптику». Но мы также стараемся работать с «взрослыми группами»! – в первую очередь, с учителями и журналистами – теми, кто «владеет информацией», транслирует ценностные установки…

Получается? Слышал, что с «антифашистской повесткой» и репутацией «независимых гражданских организаций» стало труднее официально сотрудничать с администрациями школ и университетов, с редакциями СМИ. Это так?

Все сильно зависит от репутации организации или активистской группы. Плюс – от опыта предыдущего сотрудничества. Например, в Воронеже за 10 лет работы мы успели побывать во многих школах. Сейчас уже сами учителя или завучи звонят с приглашениями провести открытые уроки по толерантности, истории антифашистского Сопротивления, противостояния тоталитаризму. Есть, конечно, и проблемы… Например, стоит быть заранее готовым к тому, что сами учителя, яростно негативно относящиеся к «историческому» фашизму и нацизму, одновременно могут высказывать при учениках, мягко скажем, очень радикальные взгляды в отношении мигрантов и иммиграционной политики. Или, например, не раз случалось, что на уроках по истории Холокоста, когда мы рассказывали о том, что первые концлагеря были построены для «этнических немцев» и отправляли туда, в том числе, гомосексуалов, учителя восклицали в духе: «Ну уж этим-то туда и дорога!». После этого очень непросто заставить себя говорить что-либо дальше. А говорить нужно. Причем так, чтобы быть услышанным. Просветительские проекты в этом смысле далеко не сахар, не массаж детских голов общепринятыми истинами. Мы хотим, чтобы слушатели по-настоящему задумались, осознали, куда ведет тот или иной образ мыслей.

Другой пример: от тех же школ и вузов начальство требует проводить мероприятия по противодействию «экстремизму». Ни школы, ни вузы толком не знают как и что с этим делать, поэтому, конечно, они рады экспертной помощи и поддержке. Иногда бывает очень забавно, когда на очередном семинаре для учителей по «профилактике экстремизма» мы работаем в одной программе с людьми из наркодиспансера и военно-патриотических кружков. В общем, в голове у чиновников в этом плане – полная каша. В Воронеже мы в целом умудряемся находить общий язык с городским управлением образования и областным управлением по молодежной политике. В других же городах, если кто-то только-только начинает работать с вузами и школами… Я бы рекомендовала прежде всего наладить личные отношения с администрациями. Если они доверяют, видят, что перед ними адекватные, уравновешенные люди, то сотрудничество, скорее всего, состоится.

По поводу журналистов… НКО и «третий сектор» – не самая интересная тема для них. Однако и тут первостепенное значение играет то, кто именно что-либо делает, насколько он известен, насколько в состоянии учитывать формат и специфику коммуникаций в масс медиа…

Каждый год у Недели Недели просветительских действий «Хрустальная ночь – никогда снова!» – разные акценты. В этом году – на истории молодежного антифашистского Сопротивления. Почему?

Если быть честным, то это было нужно прежде всего нам самим, активистам Сети. Студенты «Белой Розы» или ребята из «Пиратов Эйдельвейса»… Они очень похожи на нас или, точнее, мы на них в своем идеализме. Они решились следовать своим принципам и чувству личной ответственности за то, что происходит в их стране, противостоять такой махине как «Третий рейх». При этом все не питали иллюзий относительно финала. Он был предсказуем: многие были казнены – вся Мюнхенская группа «Белой Розы».

Мы, что не может не радовать, находимся в совершенно других условиях. У нас больше свободы, пространства и инструментов. Поэтому, хочется верить, у наших действий больше шансов переломить довольно опасные тенденции. После августовского Российск-Грузинского конфликта, да и вообще всего, что происходит в нашей части мира, все труднее не отчаяться, не опустить руки, не найти покой в иллюзорно простых, удобных и в конечном счете безответственных решениях.

в категории: Событийный ряд



нет комментариев »

Ответить

Последние комментарии:

гайкин виктор: После публикации серии статей о силовиках как системообразующем элементе в России меня спрашивают, а...

гайкин виктор: «Вверх по ведущей вниз лестнице» В России традиционно менты считаются погаными, гебня – кровавой, а...

гайкин виктор: Арсеньевские вести 2008 №24 Коричневые марионетки и кукловоды в законе Гайкин Виктор Алексеевич...

Александр: “Хочешь изменить жизнь к лучшему – не обращайся к государству, обращайся к обществу. Хочешь работать...

gaikinvictor: «Народное вече» № 5, 2011 Российский экспресс и колымский тупик. «Россию нельзя завоевать, её можно...


Последние публикации:
16/12

«15-58». Химкинская история. Фотографии. Документы

16/12

Три ответа про 11 декабря: Ирина Костерина

Ирина Костерина - Событийный ряд
15/12

Три ответа про 11 декабря: Ольга Мирясова

Ольга Мирясова - Событийный ряд
15/12

Три ответа про 11 декабря: Александр Верховский

Александр Верховский - Событийный ряд
14/12

Как говорить про итоги 11 декабря 2010

Виктор Воронков - Аналитика
14/12

Три ответа про 11 декабря 2010: Андрей Кутузов

Андрей Кутузов - Событийный ряд
19/5

Молодежная гендерная школа

22/1

Самая удачная общественная акция

Александр Бикбов - Событийный ряд
21/1

Музей политической истории, о которой молчат



copylefter no_author _niece Александр Бикбов Александр Верховский Александр Григорьев Александр Мнацаканян Александра Назарова Алена Объездчикова Алёна Рогова Анастасия Денисова Анастасия Никитина Анатолий Ульянов Андрей Кутузов Андрей Юров Артем Марченков Борис Кагарлицкий Валерий Листьев Валерий Созаев Вениамин Дмитрошкин Вера Бредова Виктор Воронков Влад Тупикин Владимир Гущин Владимир Малахов Владимир Сливяк Всеволод Бедерсон Галина Кожевникова Глеб Ципурский Даниил Горецкий Дарья Кутузова Дмитрий Громов Дмитрий Десятерик Дмитрий Колбасин Дмитрий Макаров Дмитрий Полетаев Дэвид Денборо Евгений Орегон Елена Большакова Елена Дудукина Елена Омельченко Елена Тонкачева Игорь Аверкиев Игорь Сажин Ирина Аксенова Ирина Костерина Карин Клеман Киев Линор Горалик Михаил Габович Михаил Немцев Николай Баев Николай Олейников Олесь Кириленко Ольга Мирясова Пьер Бурдье Руслан Поршнев Сергей Давидис Сидiр Софья Чуйкина Стас Маркелов Украина Химки Юлия Башинова активизм активистские группы акции альтерглобализм антифашизм арт-активизм вегетарианство гендер гражданская политика гражданские права гражданские сети гражданский активизм гражданский контроль гражданское образование гуманитарный активизм демонстрация доступ к информации зоозащита интеллектуальный активизм исследования и анализ история активизма кампании контркультура космополитизм микрополитика мир без границ молодежные движения национализм ненасилие неформалы неформалы и власть образовательные реформы память права молодежи права человека правозащитное движение произвол милиции против ксенофобии против ксенофобии и дискриминации против тоталитаризма против цензуры профсоюзы публичная политика равноправие и неравенство реформы образования и науки свобода слова свобода собраний свобода творчества солидарность социальная защита социальная критика социальное проектирование социальные движения социальные движения и профессиональные сообщества социальные технологии социальный активизм цифровые права человека экология этика активизма