Движение

сайт про общественные движения

  1. Забастовка освобождает индивидуального работника от долгой привычки к пассивности, к подчинению, к послушанию в его экономической жизни... Она начинает, таким образом, возвращать человека из состояния отчуждения...
    Эрнст Мандель

Медиа-сюжет



4/4 2009

Руслан Поршнев

координатор проекта "Антидогма"

О проекте ru_antidogma, гей-прайде и стратегиях ЛГБТ-движения


метки:


Команда блог-портала “Движение” продолжает серию публикаций с рефлексией о практиках и стратегиях развития социальных движений и благодарит Руслана s0ularis Поршнева – модератора самого крупного ЛГБТ-сообщества в “Живом журнале” – проекта “Антидогма“.

Руслан, давай начнем разговор с выяснения «что такое ru_antidogma?”. У этого блогового комьюнити есть подзаголовок – «проект о социальной, духовной и моральной адаптации ЛесБиГеев и Трансгендеров (ЛГБТ)». Какой смысл ты вкладываешь в это самоопределение? Ведь если речь о проекте, то у любого проекта есть направленность, достижимые ориентиры… В отличии, к примеру, от тусовки — сообщества, целью которого является общение как таковое, обмен эмоциями, новые знакомства…
С какой целью, с какими мотивами создавалась ru_antidogma? Насколько изменилось сообщество за три года с момента создания (13 апреля 2006-го года)? Удалось ли Вам достичь первоначальных целей? Почему среди множества ЛГБТ-сообществ, именно ru_antidogma стало самым крупным по числу участников? Какое, на твой взгляд, место занимает ru_antidogma в общем пространстве ЛГБТ-движения?

Всё началось с того, что мне стало безумно скучно читать «традиционные» российские гей-сайты. Видя ошеломляющее многообразие информационного ЛГБТ-поля за рубежом, становилось просто «обидно за державу», за уровень представления ЛГБТ-тематики в России «на уровне трусов». Поэтому мне пришла идея своими скромными силами переводить какие-то интересные кусочки из западной ЛГБТ-публицистики по редко затрагиваемым в России вопросам. Над названием долго не раздумывал, оно напросилось как-то само собой. В голове вертелось два афоризма: «Сон разума рождает чудовищ» и «Чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё верят»… Поэтому догма в рамках проекта понимается в первую очередь как некритическое восприятие информации об окружающем мире. Сюда логично вписывается борьба с предрассудками и дезинформацией, от которых часто приходится обороняться людям с иной ориентацией. Одним словом, анти-догма как синоним свежего, гибкого, живого, незажатого в тиски взгляда. В итоге девизом проекта стало высказывание немецкого философа-гуманиста Людвига Фейербаха: «Догма есть не что иное, как прямой запрет мыслить». Также считаю нужным процитировать наш манифест, дающий более общее направление проекта: «Мы изучаем и воплощаем принципы ненасильственного сопротивления, сформулированные Махатмой Ганди и Мартином Лютером Кингом, в едином стремлении противостоять тому моральному насилию и давлению, которое оказывается со стороны определенной части социума на людей с иной ориентацией или гендерной идентичностью в сегодняшней России».

По мере того, как росло число подписчиков, основная идея проекта понемногу выкристаллизовывалась более четко. Спокойное место для тех, кто устал от шума гей-клубов и пестроты популярных гей-сайтов, интеллектуальная «отдушина» для бесед на чуть более сложные гей- и лесби-темы — именно такой в 2006 году задумывалась «АнтиДогма». Довольно-таки амбициозные цели «социальной, духовной и моральной адаптации» и «ненасильственного сопротивления давлению на ЛГБТ» были заявлены немногим позже, когда стало окончательно ясно, что одной только «отдушиной» в такой пожароопасной теме дело явно не ограничится. Меня приятно удивило, что отбираемые мной материалы стали интересны не только мне одному, и что, оказывается, «не сексом единым жив российский гей»…

Закономерно, что от гей-тематики проект перешел в смежные области, освещая проблемы Л (лесбиянок), Б (бисексуалов) и Т (трансгендеров). До 2006 года сам термин «ЛГБТ» в России был в новинку, он не наполнялся реальным, осязаемым смыслом. Не хочу присваивать ничьих лавров, но «АнтиДогма», на мой взгляд, стала одним из первых проектов, которые не по названию, а по содержанию действительно объединяют Л+Г+Б+Т. Ведь раньше все сидели только по своим узкотематическим форумам, считая, что в других местах их просто не поймут, не примут. Косвенным подтверждением тенденции к объединению может служить то, что на данный момент среди наших модераторов есть и парни, и девушки, и геи, и лесби, и трансгендер. А ведь проблема объединения Л+Г+Б+Т в одно движение и одно сообщество по сей день в России стоит остро…

Хотя проект изначально и не задумывался как активисткий, де-факто, я надеюсь, он помогает тем, кто задумывается об активизме и ищет информацию на эту тему. Основным отличительным принципом проекта на текущий момент стоит, наверное, считатать его дружественность и открытость к гетеросексуалам. К сожалению, далеко не всякий ЛГБТ-проект может этим похвастаться. Среди участников «АнтиДогмы» гетеросексуалов порядка 15%. Мы строим диалог с обществом, и, как мне кажется, довольно, успешно. Наши материалы широко расходятся в блогосфере и за её пределами, разгораются интересные дискуссии. Даже те, кто нас всячески ругает и поносит за разнообразные «грехи» — читают всё равно. По-моему, это высший комплимент. Радует, что растет число активных авторов, переводчиков-волонтеров — то есть людей, создающих смысловой контент, аналитику, публицистику, репортажи, и т. д. Получается информационный ресурс, который ЛГБТ-сообщество делает своими же силами «народных корреспондентов». По-моему, это просто здорово, да и в целом соответствует мировым тенденциям «социальных СМИ».

В недавних интервью www.dvizh.og Валерия Созаева и Николая Баева был удививший меня момент. Казалось бы, оба признают значение интернет-коммуникаций для развития ЛГБТ-движения, но… В словах Валерия чувствовалась легкая досада: «Виртуальность ЛГБТ-сообщества – одна из больных тем. Как я уже говорил, очень многим проще сидеть в Интернете и «иметь мнение», чем работать в реале. С другой стороны, сказывается и проблема отсутствия мест встреч, дискуссионных пространств ЛГБТ-сообщества», «…большинство тех, кто много пишет в форумах и жж, в реальности для сообщества делают очень немного (если делают вообще), а у тех, кто реально работает зачастую не остаётся времени во всех этих тредах участвовать».
Николай Баев был более резок, утверждая, что активность в блогосфере — «это имитация активности». Он предрекал: «открытость гей-сообщества, которая сейчас набирает обороты, деятельность реальных, а не выдуманных (под никами и псевдонимами) активистов – все это выбьет почву из-под блогосферы». Оптимальной Николай считает коммуникативную политику организаторов гей-прайда: «…просто мы несем позицию и информацию о гей-сообществе в России в реальное общество и реальные СМИ, а не тратим свое время на дрочерство в интернете».
Что скажешь? Онлайн-коммуникации — суррогат живого общения и «пустое сотрясание воздуха»? Блогосфера — вор активности в реале? Насколько оправдано противопоставление блогосферы и СМИ?

Комментировать базарные выкрики большого смысла, честно говоря, не вижу. Я верю, что российское ЛГБТ-сообщество в состоянии само разобраться, действительно ли прав тот, кто громче всех кричит… Интересно, что всего год назад г-н Баев, специально приглашенный мною обсудить проект «Стратегии развития ЛГБТ-движения» вместе с другими активистами, сказал буквально следующее (у нас все ходы записаны, как говорится):”Я читал проект стратегии. В целом, он хорошо и грамотно составлен. Со многим я согласен и готов поддержать”. C чем связан вход мнения г-на Баева о вчерашних союзниках в столь внезапное пике — тайна сие великая есть. Вчера они составляли грамотную и хорошую стратегию, а сегодня вдруг превратились в «шизофреников». Чудеса.

Чтобы куда-либо «нести информацию о гей-сообществе», нужно, прежде всего, знать, чем оно живет. А для этого надо с ним работать. Но к сожалению, команда г-на Баева работает только с гей-парадом, а не с сообществом. Для того, чтобы знать сообщество, нужно, по крайней мере, вести некий мониторинг его проблем, интересов, приоритетов, проводить опросы, причем во всем сегментах — Л, Г, Б и Т, собирать обратную связь о своей работе, проводить оценку адекватности этой работы. Это такие азбучные истины для любого грамотного проекта в любой области, что даже говорить о них лишний раз как-то неудобно. Однако ничего этого не делается, и более того — активно порицается, когда этим пытаются заниматься другие. На сегодня Интернет продолжает оставаться той этой единственной средой, могущей соединить людей из разных уголков нашей огромной страны страны. Это факт. Тем более, что в даже в слабо интернетезированных регионах в сеть (точнее, в её не-развлекательный сегмент) быстрее всех выходят наиболее активные. Поэтому мне не вполне понятно, какую же информацию и какие факты о сообществе могут нести в «реальные СМИ» активисты, напрочь игнорирующие работу с этим самым сообществом.

Далее, слухи о скоропостижной смерти блогосферы сильно преувеличены. Вдвойне иронично, что люди, говорящие об этом, сами не брезгуют сотрудничать с западными гей-блогами и известными блоггерами. Не мешало бы начать с себя. Тем более, что представительно этих господ в том же Живом Журнале появилось не так уж давно, а в социальных сетях – и вовсе несколько месяцев назад. Если ЖЖ и “прочие интернеты” заведомо обречены, то зачем в них тогда вообще приходить? Зачем тратить столько времени и сил на их нервное обругивание?…

Кто бы что там не говорил, но в России сохраняется жесткий дефицит серьезного информационно-аналитического ЛГБТ-контента, помогающих и дискуссионных ЛГБТ-ресурсов, вокруг которых формировалась бы и концентрировалась вдумчивая аудитория, обоходящая стороной гей-клубы и “плешки”. Ведь есть много аспектов, находящихся далеко за пределами такой развлекухи. Это и вопросы однополых семей с детьми (nashi_deti, familypride, l_family), ЛГБТ среднего и старшего возраста (om_40, 25plus), которые очевидным образом “выпадают из обоймы”, проблемы ВИЧ-положительных геев, ЛГБТ-инвалидов (LaSky Deaf), профилактика суицида ЛГБТ-подростков, работа с ближайшим окружением ЛГБТ — друзьями и родственниками, которые являются потенциальной ресурсной поддержкой, проблемы сексуального насилия (в том числе в тюрьмах) — список бесконечен. Куда идти всем этим людям? Ну не на парад же.

Какой социальный аспект ни возьми — везде у нас зияющие бреши и дыры, почти никем не занятые ниши, для которых в масштабах страны даже и внятной информации-то нет. Если за рубежом существуют сотни, если не тысячи, больших и малых блогов, сайтов, региональных печатных ЛГБТ-изданий, центров с такой направленностью, то в российских реалиях они — по-прежнему некие «белые вороны» среди развлекательных ресурсов сверхлегкой тематики. В ЛГБТ-сообществе России наконец-то наметилась острая потребность в рефлексии, в проговаривании какие-то ключевых объединяющих идей. Люди попросту пресытились слащавой и аляпистой гей-попсой. Вот и весь секрет.

Я убежден, что из сегодняшнего «плавильного котла» блогосферы рано или поздно, как это произошло и за рубежом, мы получим ряд серьезных ЛГБТ-ресурсов, которые смогут подтянуться по уровню к традиционным СМИ, где сохраняется негласная цензура на ЛГБТ-дискурс. Более того, на западе оффлайновая ЛГБТ-инфраструктура последние годы стабильно сокращается: закрываются старейшие печатные издания, библиотеки, магазины, бары, клубы, а сейчас еще и урезается финансирование остальных проектов. Тенденция такова, что обмен информацией почти полностью переходит в интернет. Подстегнутая мировым кризисом, эта тенденция проявится еще более выпукло в ближайшие годы. Игнорировать и охаивать это всё — попросту близоруко.

Отдельно стоит также и медиа-активизм, то есть создание и распространение неких законченных смысловых единиц, несущих определенный позитивный правозащитный, просветительский «мессидж» в различных медиа-форматах: это видео, аудио, графика, мультимедийные дайджесты и т. п. К относительно новым формам также можно условно отнести, например, вклад в Википедию. Условно, потому что материалы там обязаны быть строго нейтральными… Я знаю буквально лишь несколько российских имен, занимающихся в ЛГБТ-проблематике, например, дизайном и фотографией в целях медиа-активизма. Нехватка талантов здесь просто колоссальная. Нужны люди, знающие специфику нашего общества, так как простая русификация западных примеров не всегда работает вне своего контекста. Транслирование идей именно через такие среды является, на мой взгляд, одним из самых эффективных и мощных по силе воздействия на аудиторию. И проще всего это пока сделать именно в интернете. А оттуда эти идеи можно легко подхватить и перенести в оффлайн.

Хочу еще раз повторить и развеять глупые домыслы о моей позиции: Интернет должен служить не уютным тупичком с не обязывающим ни к чему трёпом, а именно мостом между людьми (в том числе между ЛГБТ и гетеросексуалами), которые могут объединиться за его пределами на общем фундаменте, каким-то “инкубатором” что ли. Эту мысль нам нужно активнее доносить до самого ЛГБТ-сообщества, и в этом я полностью согласен с Валерой. Вечно «жить» в интернете — это на самом деле бегство от реальности. Он придуман для другого. Если говорить о работе «АнтиДогмы» в реале, то в 2007 году мы начали оффлайновую работу в Челябинске с «Недели против гомофобии» и участии во всероссийском мониторинге дискриминации ЛГБТ. Эти проекты продолжаются, и у нас еще много других планов.

Руслан, хотел бы попросить тебя прокомментировать дискуссии, разгоревшиеся в блогосфере после публикации интервью Валерия Созаева и Николая Баева. Можешь выделить в них моменты, вдумчивое и аргументированное обсуждение которых «стоят свеч», принесут реальную пользу развитию ЛГБТ-движения?
melancholy-gay суть заочной полемики и позиционный расклад в ЛГБТ-движении сформулировал так: ««Баев и Алексеев всю свою деятельность свели к громким скандальным акциям, сконцентрированным вокруг проведения парада. Их оппоненты считают, что такие “бульдозерные” действия лишь разжигают гомофобные настроения в обществе, вызывая озлобление властей, а и при нынешней режиме, и бесперспективны. Поэтому, ЛГБТ сообщество может заниматься другой другими формами гражданской активности. Их Баев и называет «умеренными».
Считаешь ли ты, что противоречия между радикалами и умеренными — это конфликт, имеющий позитивный смысл? Полемика между сторонниками столь разных представлений о приоритетах деятельности — для ЛГБТ-движения это «точка роста» или «искры», из которых никогда «не разгорится пламя»?

Помнится, в начале «гей-парадной» истерии, то есть, простите, истории, гей-радикалы в ответ на упреки в излишней «бульдозерности» и усугублении нетерпимости на волне «парада» наперебой твердили о том, что «парад, дескать, лишь вскрыл гнойник российской гомофобии». На этом позитивная роль «парада», похоже, и закончилась: вскрыть-то, может, и вскрыли — дело нехитрое, но вместо лечения возникшей раны началось её настойчивое расковыривание вглубь и вширь. А это безотказный метод, если нам, конечно, нужно не выздровление организма, а гангрена с последующей ампутацией. Под лечением я здесь понимаю просветительскую, разъяснительную работу в обществе с прозрачными целями и адекватными российским реалиям методами.

Тактика радикалов не проходит самый простейший тест вопросом: «Разрешат вам парад. И дальше что?». Никакими законами, особенно в нашей стране, невозможно принудительно «насадить» терпимость и искоренить предрассудки, бытовую гомофобию. Предрассудки во сто крат сильнее любых законов, потому что они укоренены в подсознании — и так было всегда, что с темнокожими, что с геями, что с евреями, что с женщинами. Более того, решения суда в Страсбурге фактически Россией не исполняются, и надеяться на него в ближайшем будущем (а это как минимум 5-7 лет) — наивно. Других альтернатив ЛГБТ-сообществу со стороны радикалов попросту не предлагается. Ведь в остальное время года, кроме весеннего обострения, от устроителей парада мы ничего не слышим и даже не видим их — так быстро они скрываются за горизонтом, оставляя нас один на один с развороченным в очередной раз «гнойником». И расстояние здесь меряется не столько километрами, сколько отчужденностью от самого ЛГБТ-сообщества России. Мне врезалась в память фраза Игоря Семеновича Кона, комментировавшего это всё на Конференции гражданских организаций в поддержку ЛГБТ-движения осенью 2008 г: «Я всегда думаю, как это отразится на регионах? Болит у меня сердце за регионы»…

Что касается конфликта между разными группами (точнее, между большей частью активистов и одной радикальной гей-группой), то конфликт этот абсолютно надуманный. Среди активной части российского ЛГБТ-движения, на мой взгляд, нет каких-либо непримиримых противоречий, из-за которых стоило бы вот так неистово бушевать который год подряд. Радикалами этот конфликт поддерживается с помощью сугубо искусственных методов: вбросом откровенной дезинформации, травлей других групп с помощью их клонов, попытками грубо вмешаться в работу других проектов, угрозами обнародовать какой-то «компромат», постоянной принижающей и обесценивающей (не говоря уж об обсценной) лексикой итд. Сегодня всё меньше и меньше людей понимает, как это стыкуется с декларируемой ими правозащитной работой.

Получается эдакая «буря в стакане мутной воды». Вода мутная, потому что радикальное крыло движения до сих пор не обнародовало четкие, осязаемые конечные цели своей деятельности. За все три года «парадирования» риторика остается крайне общей и расплывчатой, а подчас и вовсе путаной. С одной стороны мы имеем яркое историческое высказывание Н. Алексеева из интервью каналу РенТВ от 3 июня 2006 года по поводу парада: «Никакое гей-сообщество я не представляю, никаких геев России я не представляю. Мы проводим эту акцию не от имени геев России, мы проводим эту акцию от тех людей, которые нас поддерживают». С другой стороны, год за годом «гей-парад» официально заявляется как «шествие в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод людей гомосексуальной ориентации в России». Складываем один плюс один и получаем: парад и его лидеры, оказывается, представляют и защищают не всех геев России, а лишь узкий круг каких-то частных лиц, которые поддерживают Н. Алексеева (интересно, а прилагается ли к заявке на парад список этих «особо привилегированных»?). Не поддерживаешь — значит мы тебя не представляем, не защищаем и интересы твои с правами не отстаиваем, ведь ты — «несознательный элемент», «пассивист», «дрочер» и «непрофессионал-шизофреник». Геев легким движением руки разделили на две касты: хорошие — поддерживают, остальные — все плохие и ущербные.

А в то же самое время, в противовес всей этой мутности, «умеренные», по терминологии оппонентов, активисты открыто обсуждали и публиковали стратегию своих действий, из которых четко видны все направления деятельности, цели, задачи, методы. Эта стратегия ценна хотя бы тем, что разрабатывалась коллегиально самыми разными активистами и специалистами: юристами, психологами, медиками и даже лингвистами. К обсуждению приглашались все неравнодушные люди. Стратегия включила в себя разные взгляды, интересы, идеи и приоритеты. И ее реализация уже началась, причем целенаправленно в трех российских регионах. А ведь договариваться о таких вещах гораздо, гораздо сложнее, чем постоянно ругаться вдрызг и ловить рыбку в мутной воде.

Вообще, мне кажется весьма наивной мысль, что в России на так называемые «гей-парады» можно уповать как на основное средство борьбы с гомофобией и дискриминацией. Я сам никогда не отрицал важность открытых и грамотных публичных акций, несмотря на то, что радикалы год за годом ошибочно приписывают мне некий «антипрайдизм». (Оставляю это на их совести, любой может поднять архивы «АнтиДогмы» и проследить все мои публикации на эту тему с самого начала). Но нужно также хорошо понимать, где кончается потенциал публичных акций что-то менять и решать. В новейшей истории России эффективные публичные выступления можно пересчитать по пальцам: это бунты шахтеров, пенсионеров, автолюбителей, обманутых дольщиков-вкладчиков, итд. Только массовые и стихийные митинги протеста «доведенногго до ручки народы» имеют в нашей стране какой-то политический вес. Что касается парада, то здесь последнее время, несмотря на громкие лозунги об открытости, усиливается, я бы сказал, некий сектоподобный подход. Это дозирование и цензура информации о тактике, стратегии и истинных целях, строго ограниченный круг допущенных к этой информации лиц, назойливое, доходящее до абсурда клеймение, прицельное заклёвывание и моббинг оппонентов, запрет на выражение отличного от «линии партии» мнения (посмотрите хотя бы на жесткую цензуру комментариев на сайте устроителей парада и выжженый намертво, так сказать, напалмом цензуры форум), ну и так далее.

Другой аспект: в Америке гей-прайды идут уже более 30-ти лет. Вы полагаете, там из-за них навсегда исчезла гомофобия и дискриминация? Да ничего подобного. Продолжаются преступления и притеснения на почве ненависти. Тоже самое и в Европе. 30 лет парадов не хватило, чтобы искоренить всё это. Поэтому то, что нам сегодня предлагается как «панацея» от всех проблем — это некая подмена понятий, телега впереди лошади. Для реального решения проблем ЛГБТ-сообщества помимо ежевесенней истерики нужно что-то более конструктивное и осязаемое (кроме дубинок хоругвеносцев), чем и занимается подавляющее большинство западных ЛГБТ-групп. Их представители и выходят на парады и манифестации. Никакого велосипеда тут изобретать не надо.

Поэтому, на мой взгляд, именно искусственно нагнетаемый ажиотаж вокруг «гей-парада», на который год за годом выходят пара десятков человек с расплывчатой проф. принадлежностью и гражданством, и является той самой имитацией правозащитной и какой угодно работы. Нужен не сам парад, а именно его запрет, причем в самой жесткой форме. История с попыткой бросить тень на легитимность регистрации питерского «Выхода» это ярко иллюстрирует. Я, к своему немалому удивлению, вдруг узнал от радикалов, что, оказывается, нельзя ни при каких условиях говорить, что власти стали чуть лояльнее к ЛГБТ. Ведь это напрочь перечеркивает созданную радикалами мрачнейшую картину о тотальных притеснениях ЛГБТ в России и разрушает всю линию поведения для дел в Страсбурге о параде. Дошло до того, что теперь нам еще и затыкают рот попыткой ввести цензуру уже на нашу информацию. Мне пришлось даже писать срочное опровержение для западных коллег в евро-рассылке, где была распространена дезинформация о «Выходе»…

Я убежден, что не может быть никакого гей-парада без непосредственного участия ЛГБТ-организаций и поддерживающей их коалиции. Может быть только парад в защиту прав некоей «частной группы лиц», как это сейчас де-факто и происходит. Гей-парад в отрыве от гей-сообщества — это нонсенс, громко дребезжащая пустышка, на дразнящий звук которой сбегаются хоругвеносцы всех мастей. Мы не видим никаких шагов к формированию стабильной группы поддержки парада. Даже наоборот: шпионско-сектантские методы работы и «посева раздора» внутри ЛГБТ-движения пахнут весьма дурно уже который год. Неудивительно, что сторонников у такой тактики с каждым годом остается всё меньше и меньше…

Одну из наиболее распространенных претензий к радикальному крылу ЛГБТ-активизма весьма лаконично сформулировал тот же melancholy-gay в прямом диалоге с Н. Баевым: «Любые общественные движения ничто без сторонников, но вы их расшвыриваете налево и направо».
Не знаю, насколько этот упрек справедлив, однако и в среде ЛГБТ-активистов, занимающихся просветительской деятельностью, готовых к долгой и методичной работе с общественным мнением, часто встречается разочарование по поводу дистанции между ЛГБТ-сообществом и ЛГБТ-движением, между теми, кто ассоциирует себя с миром ЛГБТ и теми, кто готов не только на словах, но и на деле вкладываться в работу правозащитных организаций, занятых ЛГБТ-Rights, проведением тематических кинофестивалей, изданием специальной литературы и т. д.
Можешь поделиться своими соображениями: как сократить эту дистанцию? почему пропорции прямого участия в деятельности ЛГБТ-организаций сравнительно невысоки? какие барьеры мешают?

Начну с ответа на упрек г-на Баева, который ты упомянул в начале. Есть люди, которые хотят помогать ЛГБТ-движению, но в свою очередь они обоснованно выдвигают требование о сохранении своей анонимности. А в ответ им в лицо тут же летит категоричная претензия насчет псевдонимов, которая, на мой взгляд, не выдерживает никакой критики. Мы не можем сейчас себе позволить отшвыривать таких волонтеров и требовать от них немедленного каминг-аута, это просто какая-то непозволительная роскошь и даже, простите, глупость. Да, открытость крайне желательна. Но это остается всего лишь рекомендацией, а не демотивирующей принудиловкой. Сейчас, на этапе становления движения, более важно, какими конструктивными идеями и какой помощью такой доброволец делится, решению какой проблемы может посвятить свое время и силы.

Отчужденность ЛГБТ-сообщества от ЛГБТ-движения в России — это комплексная проблема. Само сообщество находится в стадии формирования, об этом подробно уже рассказывал Валера Созаев. Проблема также связана не столько с ЛГБТ-движением как таковым, но и с низким развитием общественных движений в России в целом. Нам сейчас важно не оттолкнуть волонтеров и не затоптать новые ростки движения. Ведь у нас нет пока сложившейся культуры волонтерства, но это не значит, что её нельзя развивать… На первых этапах неизбежен немалый процент выгорания волонтеров, ибо это область не для слабонервных. Далее, практика «построения сообществ» (community building), распространенная в других странах, у нас буксует. Тем не менее, в последнее время идет активная работа по созданию, например, областей досуга, альтернативных традиционным клубам и «плешкам», особенно это заметно в Питере, Омске, Тюмени, Томске, Петрозаводске. На мой взгляд, это очень верная линия поведения: создание таких точек роста сообщества и сопряжения его с движением, а также, возможно, в будущем обмен опытом с другими регионами…

Что еще мешает? Мешает, конечно же, внутренняя гомофобия, которую не устранить никакими самыми хорошими законами. Это проблема чисто психологическая, и решать её призваны психологи, ориентированные на работу с сообществами меньшинств и на создание таких расширяющихся региональных «островков безопасности». Мешает уже упомянутая мной выше непрозрачность стратегий вкупе с четким настроем на скандал. Людей это отпугивает, они боятся быть использованными в качестве пешек и марионеток в чьей-то чужой нечистой на руку игре. Само собой, никакой открытости это не способствует и никакую мотивацию это не побуждает. Именно поэтому, в частности, и был затеян проект «Стратегия развития ЛГБТ-движения в России» — чтобы были четко прописана и собрана воедино внятная, общая открытая программа действий с понятными результатами, общий фундамент.

Большую роль, на мой взгляд, играет обучение активистов, да и просвещение самого ЛГБТ-сообщества. За три года ведения «АнтиДогмы» мне «посчастливилось» услышать так много «прекрасного и удивительного», что я лишь укрепился в этом мнении. Мы не можем менять общество, если сами остаемся безграмотными. Из разговоров, например, с челябинскими активистами «первой волны» конца 90-х — начала 2000-х, я выяснил, что многим из них тогда не хватило ключевых навыков командной работы (team building), связей с соседними регионами. Свободный обмен идеями и опытом, участие в совместных проектах, и т. п. — всё это было заблокировано, поэтому первая волна довольно быстро схлынула, разочаровавшись и перегорев раньше времени. Я думаю, у активистов второй волны, возникшей после 2005 г. есть шансы и ресурсы (в том числе и Интернет), чтобы не повторить этих прежних ошибок. Тем более, что время романтиков-одиночек в ЛГБТ-движении, похоже, благополучно уходит в прошлое. Нам нужно учиться работать вместе.

Я также считаю, что недооценен потенциал участия дружественных гетеросексуалов в ЛГБТ-движении. Практика зарубежья показывает, что такие альянсы могут быть очень мощными и эффективными. Но чтобы этого достичь, нужно опять-таки снизить уровень предрассудков и быть настроенными на реальный, а не вымышленный диалог с «перетягиванием одеял»…

Дискуссии между ЛГБТ-активистами по поводу приоритетов деятельности отличаются завидной остротой и пассионарным накалом. Что лучше: «не выносить сор из избы» (избегать попадания на глаза широкой аудитории) или, напротив, сознательно идти на публичное проговаривание разногласий? Можешь перечислить вопросы, по которым идут наиболее интенсивные и осмысленные дискуссии в ЛГБТ-сообществе и, в частности, в его интернетизированном измерении?

Согласен, в России есть такая тяга к закулисным решениям. Часто считается, что «простому люду» необязательно знать о тех или иных разногласиях или «подковерной» борьбе интересов, о том, каким именно образом Вася и Петя пришли или не пришли к компромиссу. Поэтому неудивительно, что многими ЛГБТ открытые конфликты и жаркие дискуссии «на грани» воспринимаются если не брезгливо, то болезненно. Однако, на мой взгляд, здесь упускается мощный потенциал такого проговаривания различий между разными группами. Ведь для обывателей ЛГБТ — это по-прежнему единая, тёмная, враждебно-агрессивная масса, сплоченная исключительно позывами ниже пояса и преследующая свои пагубные цели: развратить молодежь, развалить институт семьи, подорвать традиции и т. д. — список «грехов» хорошо известен. Мне кажется, что именно проговаривание отличий групп вне этого генитально-озабоченного контекста разрушает два стойких мифа, ярко демонстрируя: первое, что ЛГБТ — отнюдь не единое целое, и второе, что нет никакой одной «гей-идеологии» или «гей-мировоззрения», одного общего для всех «гомосексуального образа жизни», которым так любят оперировать «продвинутые» гомофобы. Различны интересы, различны идеи, различны методы. И это прекрасно. Это первый шаг к признанию нас социумом как сообщества из разнообразных личностей, а не как бешено несущегося стада, крушащего всё на своем пути. Одни группы и их лидеры более жестки и тоталитарны, не терпят ни единого слова критики в свой адрес (видимо, предпочитая слышать о себе «либо хорошо, либо ничего»), другие более демократичны, слонны к компромиссам, открыты для диалога не на словах, а на деле. Я думаю, мы сейчас видим такую «раскладку» спектра ЛГБТ-движения, которая говорит о его разветвлении и взрослении.

Среди направлений и тем, взволновавших участников «АнтиДогмы» в 2008 году, можно четко выделить несколько тенденций. Во-первых, как-то по-особенному актуально зазвучала тема отношений ЛГБТ и религии (о причинах этого предлагаю поразмышлять на досуге самостоятельно). Участники активно обсуждали разные аспекты этой проблематики: возможность существования «православной гей-семьи», взаимоотношение православия и гомосексуальности, возможность «преодоления гомосексуальности» с помощью религии, иудаизм и гомосексуальность и т. д. Во-вторых, тема трансгендерности и ее различных аспектов также не давала покоя участникам на протяжении всего года (вопреки мнению, что проблемы Т никак не относятся к ЛГБ и не интересуют их). Среди ключевых дискуссий и самоубийство подростка-трансгендера, и трансфобия в ЛГБ-сообществе, и «сепаратизм» самих трансгендеров, и т. д. В-третьих, активно и разносторонне рассматривалась тема внутренней гомофобии в ЛГБТ-сообществе: «кто позорит светлый образ гомосексуала», «за что будет гореть в аду Б. Моисеев», служба каминг-аута и целый ряд других записей. Эти факты, вкупе с темой о трансфобии, говорят о том, что потребность в саморефлексии и сближении Л, Г, Б и Т у сообщества явно повысилась. И, наконец, продолжает (хоть и с меньшим, чем прежде, накалом) вызывать споры скандальный московский «гей-парад». Результаты проведенного в 2008 г. опроса показывают, что привлекательность этого мероприятия существенно снизилась. Лишь 13 % опрошенных готовы в нем участвовать. (Для сравнения, еще в сентябре 2007-го года 23,3 % опрошенных оценивали попытки проведения «гей-парада» как способствующие улучшению отношения общества к ЛГБТ).

Вкратце это то, чем дышит ЛГБТ-сообщество (по крайней мере, его интернетизированный межрегиональный сегмент), из чего оно соткано на данный момент, какими «силовыми линиями» оно пронизано. Мне кажется, категоричный отказ от того, чтобы «держать руку на его пульсе», в дальнейшем может обернуться весьма неприятными сюрпризами. «Генералы без армии» сильно рискуют…

ru_antidogma – сообщество с пре-модерацией. Чтобы вступить в него, нужно оправить запрос модератору и получить одобрение. Очевидно, эти меры информационной безопасности связаны с каким-то негативным опытом: таким образом сообщество защищает себя от речевой агрессии, флуда и т. д. Но это — среди своих: среди тех, кто ассоциирует себя с ЛГБТ или, как минимум, считает себя симпатизантом движения. Что происходит при выносе проблематики ЛГБТ за пределы сообщества, в «открытое блогосферное пространство»? Имеет ли смысл делать это намеренно и целенаправленно? Те же просветительские сетевые кампании — нужны? Какие рациональные цели они могли бы преследовать?

У нас, кстати, были такие кампании. Например, кампания в августе 2006 года против введения обязательных уроков православия в школах. Казалось бы, на первый взгляд — совершеннейший «оффтопик» для ЛГБТ-сообщества. Но мы постарались объяснить, что ЛГБТ просто будут первыми, по кому ударит такой насаждаемый уже в школе религиозный догматизм. Следом, по цепочке, пойдут все остальные «не такие». Итог: кампания прошла на ура. Блоггеры до сих пор ставят себе баннеры той кампании со ссылкой на «АнтиДогму»… Накануне очередного «гей-парада» в мае 2007 года большой резонанс в блогосфере вызывал мой авторский материал о мифах и фактах про гей-манифестации (упрекающие меня в «антипрайдизме» эту статью не читали). Пошла волна какой-то полемики, завязалась дискуссия, оппонирующие стороны «сели за стол переговоров», получив «на безрыбье», обеспеченном организаторами парада, конкретные тезисы для обсуждения. Получилось здорово, на мой взгляд…

Другой пример — баннерная кампания, посвященная дню каминг-аута в октябре 2007 года. Следом эту идею в 2008 году подхватил питерский «Выход», и теперь эта акция уже полноценно вышла за пределы интернета. Это получилось интуитивно, но в будущем, я думаю, можно уже сознательно ставить себе цель «обкатывать» некоторые идеи в интернете, а потом также переносить в реальную жизнь те из них, которые показали свой потенциал для привлечения общественного внимания и инициирования дискуссии.

И всё у нас получится :)

Вопрос “под занавес”: сыр-бор вокруг гей-прайда, дискуссии о стратегии развития ЛГБТ-движения, дебаты о приемлемых и эффективных методах ЛГБТ-активизма… почему бы не обратиться к опыту сходных движений в других странах и не попытаться пройти те стадии, которые проходили они?

Говоря о стратегии радикалов, особое недоумение у меня вызывает их попытка подвести под свои фактические действия некую готовую идеологию, «подогнать под готовый шаблон». Вначале истории с парадами нам громко было заявлено, что, дескать, в Москве в 2006 году случился Стоунволл по-российски. Только наивный и слабоинформированный человек мог принять это сравнение за чистую моменту. Стоунволл – это стихийное восстание сотен геев и лесбиянок, которых «достало» излишнее внимание полиции, устраивавшей регулярные облавы на гей-бары Нью-Йорка и арестовывавшей геев на улицах за «непристойное поведение», когда те шли просто взявшись за руки. Московская акция даже близко не лежала ни с каким Стоунволлом. Хорошо, что организаторы быстро одумались и впредь это сравнение больше не использовали. Наверное, стало стыдно спекулировать на этом историческом событии.

Но свято место пусто не бывает. Оставив в покое Стоунволл, радикалы принялись нещадно терзать наследие Мартина Лютера Кинга, утверждая, что действуют согласно его учению о ненасильственном сопротивлении. И снова идет дезинформация. Во-первых, Кинг придавал огромнейшее значение борьбе с предрассудками общества, это краеугольный камень его учения. Борьбой с предрассудками радикалы не занимаются, это слишком сложная и громоздкая работа с не всегда просматриваемыми результатами, а им нужен мгновенный эффект и шумиха: пресса, фотовспышки, расквашенные носы. Во-вторых, кроме отказа от физического насилия Кинг призывал также полностью отказаться от агрессивной риторики и морального насилия, предлагая не ругать оппонента, а усадить его в конце концов за стол переговоров и образовывать его. Радикалы, наоборот, считают, что чем крепче, громче и чаще обзывать и клеймить гомофобов, тем более терпимыми они должны стать к геям. Помилуйте, ну какой же это Мартин Лютер Кинг?…

Ну и последний «тренд» — это отсылка к американскому политику Харви Милку, основной тактикой которого было опять же работа с самыми различными сообществами, меньшинствами и социальными группами. Милк вышел в политику благодаря так называемому «grass-roots» активизму, обращению «к корням», активному интересу к насущным проблемам людей. У радикалов же мы снова видим прямо противоположное: «окукливание» в своем кругу без налаживания прочных связей не то что с самим ЛГБТ-сообществом, но и с дружественными гетеросексуалами, потенциальными союзниками. Харви Милк бы ужаснулся…

Спекуляции такого рода вводят в заблуждение и ни при каких условиях не могут быть признаны допустимыми, на мой взгляд. Без глубинного переосмысления Стоунволла, Кинга и Милка в российском контексте не может быть и речи о том, чтобы проводить какие-то параллели с ними сейчас… Ведь и самому Кингу понадобилось сколько времени, чтобы адаптировать идеи Толстого и Махатмы Ганди на американскую почву. Россия здесь не исключение.

Персональный блог Руслана Поршнева – http://s0ularis.livejournal.com.

Интервью брал Артем marchenk Марченков.

в категории: Медиа-сюжет



3 комментария/ев »

  1. Николай Баев says:

    Буквально несколько слов читателям, которые, возможно, будут сбиты с толку поршневской демагогией, которая уже стала его визитной карточкой.
    Что касается “Стратегии развития ЛГБТ-движения”, о которой он говорил, то я до сих пор поддерживаю многие ее пункты. Но вся проблема в том, что они не реализуют ни один из них. Например, там есть пункт о свободе собраний и выражения для ЛГБТ – самый, на мой взгляд, важный, так как без его реализации мы так и останемся в гетто. Но ведь интернет-пассивисты ничего не сделали и не сделают для реализации этого пункта! Сейчас наиболее продвинулись в правовом и политическом решении этого вопроса как раз радикалы.
    Я уже писал, что активность пассивистов и умеренных напоминает гальванические судороги трупа. Все это их виртуальное бла-бла-бла.
    Причем, как правило, эти судороги являются реакцией на очередную акцию гей-радикалов, вроде той, которую мы недавно провели в Рязани, где действует дискриминационный запрет “пропаганды гомосексуализма”.
    Или пункт “Стратегии” о работе со СМИ. На их пресс-конференцию по итогам “Недели против гомофобии” в шикарном московском отеле пришел один журналист. Или работа с религиозными организациями? Что они сделали здесь? Кто вообще из религиозных организаций пустит их на порог?
    Кстати, странно, что Поршнев упрек в “шизофрении” принимает на свой счет. Он прекрасно знает, о ком идет речь. Тот “шизофреник”, которого я имел в виду, и его “организация”, насколько я знаю, вообще не состоят в ЛГБТ-сети. И в той же “Антидогме” можно прочитать, какую ахинею он пишет. Но не важно.
    “Антидогма” – это самая настоящая догма. И смысл ее такой: гей-радикалы – это плохо. А имитация активизма с помощью виртуала, написания “Стратегий” и расклеивания стикеров – это хорошо.
    Кстати, наш демагог и здесь противоречит себе. С одной стороны, он говорит, что у радикалов нет четкой и внятной позиции. С другой – он пишет о “стратегии радикалов” и их “готовой идеологии”.
    В данной связи хочу еще раз подчеркнуть, в чем, на мой взгляд, состоит стратегия радикалов. В борьбе с тем, что академик Кон назвал в своем недавнем выступлении в ПАСЕ политической гомофобией. Мы боремся как раз с законами. С правовой и политической практикой гомобов. С ненавистническими высказываниями политиков и других значимых ньюсмейкеров.
    Борьба с бытовой гомофобией, о которой так много говорят пассивисты, – это совершенно другая сфера, требующая и другой философии, и другой стратегии и тактики. Да вообще – другой организации работы. Не говоря уже о том, что она требует очень больших финансовых и людских средств. Кто организует центры реабилитации для геев? Кто создаст инфраструктуру социальной помощи? Нужны огромные деньги и профессиональные социальные работники.
    Деятельность радикалов намного более мобильна, она требует в большей степени личного мужества активистов, чем крупных грантов под громоздкие проекты.
    Что ж, радикалы готовы уступить это важное поле деятельности умеренным и пассивистам. Только причем здесь ЖЖ-сообщество и виртуал? И как г-н Поршнев собирается помогать бездомным геям? Нет, это решительно не его работа. Ему бы статейку из англоязычного интернета перевести, а не залечивать душевные и физические раны бомжа-трансвестита (живут, на свете, и такие несчастные, мне приходилось с этим сталкиваться).
    Если “догматикам” из интернета и прочим пассивистам хочется заниматься борьбой с бытовой гомофобией – пожалуйста. Но тогда: 1. Не мешайте нам заниматься борьбой с политической гомофобией. 2. Покажите результаты вашей работы. А результаты нулевые. И будут нулевыми. Может, что-то изменится, если борьбой с бытовой гомофобией будут заниматься настоящие профессионалы, а не виртуальные дрочеры.
    Помните, уважаемые читатели, критерий истины – это практика.

  2. Ruslan Porshnev says:

    Гражданин Баев, Вы боритесь с законами в отрыве от людей. Люди Вас не интересовали никогда и не интересуют. И как отразится Ваша “борьба” на судьбах этих людей – Вам до лампочки.

    Борьба ради борьбы – это путь в никуда. В запале “борьбы” Вы забыли простую истину: не люди существуют для законов, а совсем наоборот – законы для людей.

    Отрадно, что насчет основной массы тезисов у Вас никаких возражений нет. Да их и не может быть в принципе… Вы считаете, что чем чаще обзывать других людей “дрочерами”, тем весомее и правдивее станет эта детсадовская обзывалка? :))) Супер. Продолжайте в том же духе.

  3. Psy says:

    Да уж.
    Любит Баев матерком выражаться.
    Отсутствие воспитания даёт о себе знать.
    Баев ещё зачем-то и Кона приплел, хотя практически всё, что Кон говорит, противоречит той истерике, которую нагнетают эти два Коленьки со своей единственной ежегодной акцией. Да вот хотя бы цитата:

    “Многие элементарные нормы, вроде свободы уличных шествий, хотя они формально гарантированы законом, в России фактически распространяются не на всех, и такая абсолютно нормальная для Запада акция, как гей-парад, в Москве вызывает эффект бумеранга и может способствовать усилению и консолидации гомофобии.”

    “Чтобы преодолеть предубеждения, нужна многолетняя кропотливая воспитательная работа, нацеленная прежде всего на детей, учителей и родителей. гомофобия – не просто одна из форм ксенофобии. Каждый русский (английский, немецкий и т.д.) мальчик с раннего детства усваивает, что он не должен быть а) “девчонкой” и б)”гомиком”.”
    http://www.pseudology.org/Kon/Articles/DiscriminationSexGender.htm

    Ни Алексеев ни Баев ни о какой “кропотливой работе” и слышать не хотят. Ну и то, что их ежегодное мордобой-шоу нагнетает гомофобию им тоже до лампочки.

    Радикализм – это плохо,
    убивать – это плохо,
    нагнетать гомофобию – это плохо,
    истерика – это плохо,
    мат – это плохо
    Баев – это плохо,
    Алексеев – это плохо!

Ответить

Последние комментарии:

гайкин виктор: После публикации серии статей о силовиках как системообразующем элементе в России меня спрашивают, а...

гайкин виктор: «Вверх по ведущей вниз лестнице» В России традиционно менты считаются погаными, гебня – кровавой, а...

гайкин виктор: Арсеньевские вести 2008 №24 Коричневые марионетки и кукловоды в законе Гайкин Виктор Алексеевич...

Александр: “Хочешь изменить жизнь к лучшему – не обращайся к государству, обращайся к обществу. Хочешь работать...

gaikinvictor: «Народное вече» № 5, 2011 Российский экспресс и колымский тупик. «Россию нельзя завоевать, её можно...


Последние публикации:
16/12

«15-58». Химкинская история. Фотографии. Документы

16/12

Три ответа про 11 декабря: Ирина Костерина

Ирина Костерина - Событийный ряд
15/12

Три ответа про 11 декабря: Ольга Мирясова

Ольга Мирясова - Событийный ряд
15/12

Три ответа про 11 декабря: Александр Верховский

Александр Верховский - Событийный ряд
14/12

Как говорить про итоги 11 декабря 2010

Виктор Воронков - Аналитика
14/12

Три ответа про 11 декабря 2010: Андрей Кутузов

Андрей Кутузов - Событийный ряд
19/5

Молодежная гендерная школа

22/1

Самая удачная общественная акция

Александр Бикбов - Событийный ряд
21/1

Музей политической истории, о которой молчат



copylefter no_author _niece Александр Бикбов Александр Верховский Александр Григорьев Александр Мнацаканян Александра Назарова Алена Объездчикова Алёна Рогова Анастасия Денисова Анастасия Никитина Анатолий Ульянов Андрей Кутузов Андрей Юров Артем Марченков Борис Кагарлицкий Валерий Листьев Валерий Созаев Вениамин Дмитрошкин Вера Бредова Виктор Воронков Влад Тупикин Владимир Гущин Владимир Малахов Владимир Сливяк Всеволод Бедерсон Галина Кожевникова Глеб Ципурский Даниил Горецкий Дарья Кутузова Дмитрий Громов Дмитрий Десятерик Дмитрий Колбасин Дмитрий Макаров Дмитрий Полетаев Дэвид Денборо Евгений Орегон Елена Большакова Елена Дудукина Елена Омельченко Елена Тонкачева Игорь Аверкиев Игорь Сажин Ирина Аксенова Ирина Костерина Карин Клеман Киев Линор Горалик Михаил Габович Михаил Немцев Николай Баев Николай Олейников Олесь Кириленко Ольга Мирясова Пьер Бурдье Руслан Поршнев Сергей Давидис Сидiр Софья Чуйкина Стас Маркелов Украина Химки Юлия Башинова активизм активистские группы акции альтерглобализм антифашизм арт-активизм вегетарианство гендер гражданская политика гражданские права гражданские сети гражданский активизм гражданский контроль гражданское образование гуманитарный активизм демонстрация доступ к информации зоозащита интеллектуальный активизм исследования и анализ история активизма кампании контркультура космополитизм микрополитика мир без границ молодежные движения национализм ненасилие неформалы неформалы и власть образовательные реформы память права молодежи права человека правозащитное движение произвол милиции против ксенофобии против ксенофобии и дискриминации против тоталитаризма против цензуры профсоюзы публичная политика равноправие и неравенство реформы образования и науки свобода слова свобода собраний свобода творчества солидарность социальная защита социальная критика социальное проектирование социальные движения социальные движения и профессиональные сообщества социальные технологии социальный активизм цифровые права человека экология этика активизма