Движение

Гуманитариат – это очередная утопия об объединении независимых интеллектуалов, являющихся одновременно носителями гуманитарных ценностей, в некое солидарное сообщество. Это мечта об объединении интеллектуалов (которые часто чураются гражданской сферы) в гражданские группы и об участии их в гражданских группах, созданных не только интеллектуалами. Наша гипотеза состоит в том, что либо гуманитариат возникнет и станет важной частью гражданской сферы, а гражданская сфера значительно изменится благодаря вхождению в нее гуманитариата, либо нам еще очень долго ждать серьезных социальных изменений, которые позволили бы жить в чуть более гуманном мире.

Как нам следует слушать истории о страдании и откликаться на них таким образом, чтобы не только исцелять и утешать отдельного человека, но и поддерживать локальные социальные акции, направленные на восстановление справедливости, прекращение насилия и жестокого обращения в наших с вами (весьма разнообразных) культурных контекстах? Как мы можем создать пространство признания для того, чтобы боль, скорбь и отчаяние тех историй, которые мы слышим, могли бы трансформироваться в коллективные действия?

В России коммунитарность сейчас представлена слабо. Виной тому – многочисленные социальные преобразования и пертурбации двадцатого века: и урбанизация, и насильственные переселения, и «уравниловка», и атмосфера недоверия, и всяческие «больше трех не собираться», и необходимость ставить во главу угла физическое выживание, жертвуя при этом сохранением анклавов живой культуры, и т.п. и т.д. Слово «сообщество» для многих русскоязычных людей – «пустое», оно не насыщено смыслом. «Общину» уже сдали в антикварную лавку, как что-то сугубо этнически-религиозное. «Communitas» отдает коммунизмом, а позитивные коннотации этого слова извлекать долго и тяжело. «Комьюнити» – явно что-то «западническое»; как бы это не было культурной колонизацией?.. Очень трудно растить некий смысл, если нет признанного слова, его охватывающего и передающего.

Публичное обсуждение правозащиты в Беларуси имеет крайне скудное состояние. По крайней мере, таково мнение автора настоящего материала. Мнение это сформировано на анализе масс-медийных (печатных и электронных) источников. Похоже, сейчас наиболее подходящий момент для публичных высказываний о состоянии и будущем правозащиты в Беларуси. Время маргинеза (вернее оправданий маргинального состояния современной правозащиты) прошло и имеет слишком много разрушительных последствий.

Процесс демократизации, начавшийся с пятидесятых-шестидесятых годов, когда открыли «кирпичные университеты», шел под лозунгом, что образование нужно для развития способности мыслить у максимального количества людей, в том числе и небогатых, для того, чтобы человек мог обрести внутреннюю свободу, дать независимую оценку тому, что происходит. Образование считалось лекарством от мракобесия. Идея нашего времени заключается в том, что у образования нет ценности “вообще”, есть только конкретная ценность, оно нужно для того, чтобы человек нашел работу и платил налоги. Следовательно, университеты должны показать свою рентабельность, произвести максимальное количество послушных налогоплательщиков.

В докладе оценивается соблюдение норм международного права каждой из сторон конфликта без проведения сравнений между сторонами. Выявление нарушений с одной из сторон не оправдывает и не смягчает нарушений другой. Вопрос о том, кто начал конфликт, не имеет никакого отношения к обязанности всех сторон соблюдать нормы гуманитарного права и общие положения о правах человека и привлекать виновных к ответственности. Этот доклад разочарует тех, кто хотел бы найти в нем ответы на вопросы о том, кто хуже, а кто лучше, кто совершил больше нарушений или «кто первый начал».

С осенним кризисом 2008 года в российских СМИ и политической среде участились, как это обычно бывает, разговоры отвлекающие внимание от по-настоящему важных вопросов. Так, обсуждение социальных проблем пытаются свести к вещам, на которые нет точного ответа, но на которых очень

…

Движения рождаются по инициативе индивидов или микро-групп, мало или вообще не привыкших к какому-либо активизму, что заставляет размышлять об условиях и мотивах вовлеченности в активную общественную деятельность, трансформации образа мышления и действия социально или граждански пассивных людей. Вопрос – в том, каковы первые шаги на пути к коллективным действиям, об основах вовлеченности в общественную и в гражданскую деятельность.

Руководствуясь принципом Primum non nocere («Прежде всего, не навреди»), нужно вести дискуссию об инструментах, которые помогут уменьшить процент ненависти в киберпространстве, не уничтожая уникальных черт глобальной Сети.

Принципиальное значение имеет то обстоятельство, откуда – «снизу», от внесистемных активистов, или «сверху», от бюрократии и системных политиков, – исходит призыв к национально-гражданской солидарности. В российской ситуации первый случай имеет место у «евразийцев»-дугинцев, второй – у «нашистов», «молодогвардейцев» и им подобных.